АНДРЕ САЛЬТЕР И ПРЕОДОЛЕНИЕ ДЕПРЕССИИ РАЗВИТИЕМ МЕЖЛИЧНОСТНЫХ ОТНОШЕНИЙ

В 40-е годы ХХ-го века психолог и психотерапевт Андре Саль-тер работал с депрессивными и затрудненными в контактах клиентами. Сальтер стремился к тому, чтобы найти физиологические, органические причины заторможенности и скованности, дать объяснение возникновению неуверенности. В качестве теоретической основы Сальтер заимствовал у Ивана Павлова систему понятий «возбуждение-торможение» и в коррекции баланса этих двух физиологических процессов видел ключ к решению психологических проблем.

Сальтер предположил, что причиной нарушений поведения может быть преобладание процессов торможения над процессами возбуждения, и это выражается в том, что депрессивная личность оказывается неспособной к спонтанному проявлению своих чувств, желаний и потребностей, ограничивая тем самым собственные возможности самореализации, и испытывает значительные затруднения в общении с другими людьми.

Здоровую личность Сальтер назвал «эксцитаторной » (от латинского «эксцитате» — возбуждение). С его точки зрения, здоровье личности проявляется в открытости в выражении своих чувств, спонтанности и способности к импровизации. Конечно, несколько раньше другой психотерапевт — Якоб Морено уже писал о спонтанности как о характеристике здоровой личности, но Сальтер дал ей более технологичное толкование.

Хотя в характеристиках эксцитаторной личности по Сальтеру очень многие исследователи обнаруживают существенные противоречия и внутреннюю теоретическую несогласованность, в качестве момента истории характеристики Сальтера представляют несомненный интерес. Ведь до сих пор предложенные Сальтером правила становятся (часто без корректного цитирования) центральным моментом многих программ тренинга уверенности в себе.

Обобщая свой терапевтический опыт, Сальтер назвал шесть характеристик здоровой и уверенной в себе личности. Вот эти характеристики.

1.   Эмоциональность речи: открытое, спонтанное и подлинное выражение в речи всех испытываемых чувств

Под открытостью Сальтер понимал умение давать точное название испытываемым чувствам с указанием конкретного человека, который эти чувства испытывает. Подлинность заключается в умении точно обозначать степень, глубину испытываемых чувств — без того, чтобы их преувеличивать или преуменьшать, а спонтанность возникает в силу того, что чувства выражаются в момент их возникновения, а не спустя, например, неделю-другую.

Поскольку, как мы видели ранее, именно чувства и отношения составляют специфику и придают содержание межличностным отношениям, то тренировка открытого выражения чувств является одним из центральных моментов тренинга уверенности в межличностных отношениях.

2.   Экспрессивность и конгруэнтность поведения и речи: ясное проявление чувств в невербальной плоскости и соответствие между словами и невербальным поведением

Сальтер у своих депрессивных клиентов часто видел застывшее выражение лица и настаивал на том, чтобы на лице была написана любовь, если говорят о любви, и злость — если разговор идет о злости.

3.   Умение противостоять и атаковать как прямое и честное выражение собственных мнений и желаний

Часто встречающийся у застенчивых людей страх кого-либо задеть или обидеть Сальтер предлагал заменить на веру в себя и предоставить другим людям право самим о себе позаботиться.

4.   Использование местоимения «я» во всех его языковых формах как отражение того, что за человек стоит за словами, отсутствие попыток спрятаться за неопределенными формулировками.

Ну а этот пункт — просто общее место всех программ тренинга открытости и уверенности в себе (Ромек, 1999).

5.   Принятие похвалы, как отказ от самоуничижения и недооценки своих сил и качеств

Это качество у Сальтера означало умение с улыбкой сказать «спасибо» в ответ на комплимент. В современных программах этот пункт понимают несколько шире — как способность к самопохвале и смелость сказать другому, что в нем нравится или что такого он сделал для нас хорошего.

6. Импровизация как спонтанное выражение чувств и потребностей, повседневных забот

Ну и наконец спонтанность и импровизация также были целью «условно-рефлекторной терапии» Сальтера, способность к импровизации он рассматривал в качестве главного критерия успеха терапии.

Некоторые пункты этого перечня (открытое выражение чувств, использование местоимения «я») стали впоследствии существенным элементом множества тренинговых программ, основанием для классических приемов терапии поведения.

Работа Сальтера внесла несомненный вклад в развитие терапии поведения именно благодаря своей практической направленности. В созданной им клинике Сальтеру удалось добиться существенных (в том числе — ив материальном выражении) успехов при помощи составленного им свода правил по «переделке» личности с преобладанием процессов торможения в эксцитаторную. Суть этой переделки состояла в том, что вместо выученных в ходе жизни тормозных реакций, мешающих, например, открыто, конгруэнтно и спонтанно говорить о своих чувствах, должны были быть сформированы новые эксцитаторные условные рефлексы, с помощью метода, который, правда, несколько отличается от павловского. Команда терапевтов и пациенты клиники должны были всячески поддерживать любые эксцитаторные реакции пациентов, создавая новые, иногда сильно отличающиеся от реальных, условия поведения и побуждая пациентов к этим реакциям. Сальтер разработал свод правил, которые должны были в этом помочь.

Подкрепляя поведение, соответствующее предложенным им требованиям, в своем тренинге Сальтер подчеркивал значение спонтанности и принципа «здесь и теперь», предлагая клиентам инструкции следующего типа:

«Старайся не обдумывать, стоит ли говорить. Сначала говори, потом думай».

«Не будь чувствительным. Просто смело выражай свои чувства ».

«Прекрати планировать. Думай лишь о ближайшей минуте».

Близость работы и инструкций Сальтера к движению «групп встреч», антиинтеллектуальное стремление к полному и спонтанному проявлению чувств, желаний, потребностей, безусловно, препятствовало развитию поведенческой стратегии «бегства», так часто наблюдаемой Сальтером у своих пациентов. Однако можно предположить, что подобная абсолютизация собственных чувств, желаний, стремлений могла вступить в противоречие с требованиями социальной среды.

Если в качестве терапевтического приема данные правила и можно признать приемлемыми, то с точки зрения построения теории социальной компетентности многие пункты кажутся спорными. Техники и навыки открытого выражения чувств, несомненно, составляют важнейший компонент социально компетентного поведения, но лишь в определенном классе социальных ситуаций.