2012: Ромек В.Г. Использование техник психодрамы в когнитивно-поведенческой терапии

// Сборник материалов I международной мультимодальной конференции по психодраме, арт-терапии и гештальт-терапии «Встреча. Творчество. Контакт» 09-12 февраля 2012 г. – М.: НОУ «Институт современных психологических технологий, с.53-59.

В.Г. Ромек, кандидат психологических наук, доцент, Ростов-на-Дону, Россия

Принципиальные различия в фундаментальных основных положениях когнитивно-поведенческой и психодрамы, казалось бы, полностью исключают возможности такой их интеграции, которая дала бы эффективность большую, чем раздельная и никак не пересекающаяся практика в рамках “чистых” подходов. Однако, стойкая тенденция к развитию в России мультимодальных психотерапевтических и консультативных подходов (В.В. Макаров) создает предпосылки к поиску и тщательной оценке эффективности совмещения в рамках терапевтических сессий достаточно противоречивых с точки зрения методологии приемов и техник.

В данной статье мы предпринимаем попытку проанализировать практику включения в когнитивно-поведенчекую терапию элементов психодрамы.

Мы абсолютно убеждены, что достижение синергетического эффекта возможно лишь на основании детального и внимательного анализа базисных предположений этих двух подходов  с учетом достоинств и ограничений, следующих из этих предположений. Однако, теоретический анализ сути психодрамы и когнитивно-поведенческой психотерапии выходит за за формальные рамки и ограничения тезисов выступления на научно-практической конференции. Нет нужды предлагать искушенному читателю лишний раз сравнивать особенности психодрамы и поведенческой терапии. При желании подобное сравнение можно обнаружить как в трудах классиков метода, так и в многочисленных обзорах [4; 6; 8].

В данной статье мы хотим проиллюстрировать собственный опыт интеграции некоторых приемов психодрамы в практику когнитивно-поведенческой терапии, и на двух примерах обозначить преимущества, которые дает такая интеграция.

Мы полностью осознаем, что наименование «бихевиоральная психодрама» не точно отражает суть подобного рода интеграции, поскольку собственно психодрамой ее результат назвать нельзя. По всем ключевым показателям речь скорее идет о разновидности когнитивно-поведенческой терапии – то есть терапии посредством научения и на основе подкрепления. Но, поскольку сама поведенческая терапия включает в себя множество различных техник; поскольку термин «бихевиоральная психодрама» все чаще встречается в терапевтической литературе; поскольку классики психодрамы сами намечают все больше параллелей между психодрамой, теорией коммуникации и социально-когнитивной теорией, то мы в этой статье для краткости использование приемов психодрамы в поведенческой терапии будем называть бихевиоральной психодрамой, не повторяя каждый раз все только что сказанное.

Нам представляется, что наметившиеся в мировой психологии интегративные тенденции заслуживают того, чтобы все попытки интеграции классических подходов в терапевтической практике анализировались именно с точки зрения преимуществ, которые дает такого рода интеграция. Мы попытаемся отметить далее то новое, что когнитивно-поведенческая терапия приобретает при использовании психодраматических приемов.

В нашем опыте элементы психодрамы все чаще используются при поведенческой терапии нарушенных межличностных отношений и при терапии социальных страхов. Рассмотрим отдельно решение этих двух терапевтических задач с использованием психодрамы.

Традиционно, начиная с работ Андре Сальтера [9], терапию нарушенных межличностных отношений в поведенческом ключе осуществляют путем обучения навыкам открытого, спонтанного и истинного выражения желаний и чувств и отучивания от стереотипов агрессивного и беспомощного (Мартин Селигман) взаимодействия с близкими людьми. На основе предложенных Сальтером характеристик эксцитаторной личности разработаны прекрасные программы тренинга межличностного взаимодействия, коррекции и восстановления нарушенных межличностных отношений [1].

В процессе терапии обратившегося за помощью клиента предстоит научить от первого лица, с использованием местоимения «Я» открыто сообщать партнеру о собственных чувствах, возникающих по поводу того или иного его поведения, и о собственных желаниях, возникающих в связи с этим (подробнее см. [7]). Далее, клиенту потребуется обеспечить партнеру безопасность и добровольность выполнения этих желаний, а также продемонстрировать готовность взамен самому пойти на некоторые уступки.

Умение вызвать симпатию у партнера тем, что его желания пользуются приоритетом по сравнению со своими собственными, тренируется отдельно.

Многие терапевты поведения считают задачу восстановления или  улучшения нарушенных межличностных отношений крайне сложной вследствие ряда обстоятельств. Во-первых, все, что касается межличностных отношений с близкими людьми, часто затрагивает личностные проблемы. Во-вторых, на этапе переноса приобретенных в процессе терапии навыков в реальную жизнь возможно возвращение к болезненным и неадекватным привычным стереотипам.  Далее, стандартные навыки каждый раз нуждаются в приспособлении к реальному ландшафту взаимоотношений.

Преодоление этих сложностей существенно облегчается, если удается составить точное представление об актуальной ситуации взаимоотношений с близкими людьми. Здесь существенную помощь в уточнении ситуации и выборе навыка для последующей тренировки могут оказать психодраматические приемы. Для прояснения деталей межличностной ситуации в случае, если эта ситуация носит комплексный межличностный характер, мы используем классический психодраматический прием смены ролей. Участник ролевой игры (т.е. тот, чье поведение собирается изменять терапевт – аналог протагониста в психодраме) меняется ролями со своим партнером (партнерами) и от их лица описывает ситуацию, цели взаимодействия и характер отношений. Таким образом, он проясняет партнеру его позицию, а часто и сам начинает видеть многие, ранее скрытые или не осознаваемые моменты межличностной ситуации. Особенностью применения смены ролей в когнитивно-поведенческой терапии является то, что терапевт может активно вмешиваться в монолог (диалог), задавать вопросы, отмечать спорные и противоречивые моменты.

Одним из стандартных приемов поведенческой терапии является так называемое «следование модели» или «обучение на модели». Психодраматическая смена ролей «участник-партнер» позволяет участнику пережить действие предлагаемого модельного поведения, будучи в роли партнера по коммуникациям и проверить (уточнить или отвергнуть) некоторые собственные предположения о том, что тренируемый способ поведения обидит партнера, оставит его равнодушным и т.п.

Вернувшись в свою собственную роль, участник тренинга лучше представляет себе результаты своих действий как бы в двойной перспективе. Существенную помощь в этом процессе может оказать техника «зеркала», предоставляющая участнику возможность взглянуть на ситуацию в целом со стороны. Роль участника при этом играет ко-тренер или кто-либо из членов терапевтической группы.

Помимо смены ролей в тренинге межличностных коммуникаций мы также часто используем видоизмененную технику вспомогательных «Я»  применительно к партнеру и к участнику. На определенном этапе тренировки, в случае, если сила привычных (например, агрессивных) стереотипов поведения велика, исполнение этих агрессивных стереотипов можно поручить отдельному члену группы или помощнику терапевта. В этом случае, если участник будет «соскальзывать» к привычным агрессивным действиям, мы ему указываем на то, что это сейчас – не его роль. Дальнейшая помощь в смене стереотипов может быть предоставлена, тем, что партнер по тренировке также будет представлен двумя или несколькими вспомогательными «Я». В этом случае агрессивные фразы будут высказываться пьяному и злобному партнеру, открытые и добрые – партнеру любимому и уважаемому.

Гибкое использование приемов психодрамы в ролевых тренировочных играх обычно существенно облегчает постановку задачи по тренировке в реальной жизни – с реальным партнером.
Вторая (и, конечно, не последняя) сфера применения техник психодрамы в поведенческой терапии – это терапия социальных страхов, страха публичного присутствия и ситуаций, в которых можно получить личную оценку, страх выглядеть смешным или быть отвергнутым. Для терапии такого рода страхов в поведенческой терапии, наряду с тренингом ассертивности, контр-обусловливанием и систематической десенсибилизацией, используется так называемая имплозивная терапия. В ходе имплозии клиента в реальности или в воображении помещают на продолжительное время в ситуацию, вызывающую страх, и, запрещая любые проявления поведения бегства или предотвращения, поддерживают ощущение страха как минимум 40-60 минут. После 2-3 сеансов обусловленный страх обычно проходит. Применение этого метода в отношении социальных страхов часто связано с необходимостью точно определить стимул, вызывающий страх. Это бывает довольно трудно сделать, поскольку социальные страхи почти всегда имеют комплексный характер. Именно это заставляет многих терапевтов поведения отказываться от имплозии в отношении социальных страхов.

Психодраматическое разыгрывание участником ситуации, вызывающей страх, часто делает стимулы страха абсолютно очевидными, а участники игры создают прекрасные условия для имплозии. В результате такого рода работы иногда возникает вполне разумная и очевидная комбинация разных методов поведенческой терапии. Так, например, один из наших клиентов (ювелир) жаловался на постоянно преследующий его страх не угодить клиенту. Представляя на сцене ситуацию, которой он больше всего боится, он предложил нескольким участникам группы задавать ему профессиональные вопросы из сферы физики металлов и химии. Он, конечно, не на все вопросы смог ответить и демонстрировал при этом довольно бурную вегетативную реакцию. Лишь с большим трудом удалось уговорить его не прекращать игру и поискать в себе силы переждать сложные вопросы.  Силы этот клиент нашел во вспомогательном «я», который за него отвечал: «Я этого не знаю. У меня другая специальность». После двух сеансов вегетативные всплески угасли, и клиент сам смог произнести эти слова. Комбинация имплозии и тренинга социальных навыков в данном случае была найдена посредством психодраматических приемов.

К сожалению, объем этой статьи не позволяет подробно остановиться на методических аспектах интеграции психодраматических приемов в эти и другие методы поведенческой терапии. Мы, однако, надеемся на дальнейшее развитие бихевиоральной психодрамы в качестве одного из перспективных интегративных методов психотерапии.

Опыт использования психодраматических приемов в процессе поведенческой психотерапии, а также многочисленные упоминания поведенческих техник в литературе психодраматической,  дает нам основание предполагать, что бихевиоральная психодрама имеет большой терапевтический потенциал и заслуживает большей известности и широкого применения в психотерапевтической и консультационной работе.

Литература

1.  Аннекен Р., Эхельмайер Л, Калуца К., Клейн Х., Клокгеттер-Келле А., Циммер Д. (1992) Тренинг коммуникации в парах // URL: http:// http://romek.ru/dgvt0.htm
2.  Бандура А. Теория социального научения. Санкт-Петербург: Евразия, 2000
3.  Бендер В., Гнайст И. Психодрама в примерах // Синченко Т.Ю., Ромек В.Г. (ред.) Практическая психодиагностика и психологическое консультирование. Ростов-на-Дону: Ирбис, 1998, 197-208
4. Вильсон Д.Т. Поведенческая терапия // Журнал практической психологии и психоанализа, 3, 2000
5. Киппер Д. Клинические ролевые игры и психодрама. Москва: Независимая фирма «Класс», 1993
6. Морено Я.Л. Групповая психотерапия и психодрама //  Сахакиан У.С. Техники консультирования и психотерапии. Тексты. – Москва: Апрель Пресс, 2000, 474-508
7. Ромек В.Г.  Развитие уверенности в межличностных отношениях // Журнал практического психолога, №12, 2000, с.74-113
8. Leutz G.A. Das Psychodrama als Therapie zwischenmenschlicher Beziehungsstörungen – Ein Beitrag zum Verhältnis von Psychodrama und Kommunikationstheorie // Integrative Therapie, 1, 1977, 2-10
9. Salter A. Conditioned reflex therapy. New York, 1949

Типы материалов: